Лавка Чудес

День первый

С самого первого мгновения было что-то особенно притягательное в окружающем воздухе, в этом сводящем с ума движении машин и людях идущих вдоль дороги. Каждого хотелось рассмотреть, заглянуть в глаза, спросить, куда он движется и на сколько его движения наполнены смыслом.

Я чувствовала, как приближаюсь к чему-то совсем новому, и с замиранием ждала приезда в отель…

Отель был чем-то средним между замком и большим колониальным домом, где множество людей словно ждали только тебя. Сначала меня поразила любезность встречающих туземцев, потом  сказочный узор батика на потолке, еще через некоторое мгновение  – запах теплых влажных  салфеток, предложеные на входе, цветы, плавающие в бассейне…Это был чудный мир – это была Шри – Ланка.

Но самая главная встреча еще не произошла. Океан – вот ради чего я сюда добиралась, это была основная цель моего путешествия.

И это случилось. Он был велик и необъятен. Я смотрела в темноту и ощущала нуминозную силу величия этого момента и трепетала. Я долго стояла,  наполняя  свои легкие воздухом,  и слушала великую песню многих тонн воды и ветра.

Заснуть было сложно, и я взволнованная ждала рассвет.

День второй

Все неизвестное обычно меня пугает, но только не в этой стране. Дружелюбие туземцев сначала смущало, а потом я просто приняла эту  способность людей быть в благостном состоянии и делиться этим с незнакомыми людьми. Шри-Ланка  – это  страна,  в которой очень щедрое солнца, диковинные растения и  множество всяческой живности.

В то первое утро на территорию сада я познакомилась с местной рептилией, с вараном. Я двигалась к океану по аккуратно выложенной дорожке в саду, крупный варан, около 1.5 метров перешел мне дорогу, словно проверяя степень моего доверия к миру. Конечно, я испугалась и на секунду подумала, что это крокодил. Но этот крокодил был безобидным, и  уже  через мгновение, я потеряла его из виду и взбудораженная  продолжила  свою прогулку по территории отеля.

Возбуждение – это то состояние, которое я  непрерывно переживала в те дни. Возбуждало все: океан, который постоянно кидал вызов и приглашал в свою пучину, разноцветные юбки на мужчинах и их смуглая кожа, ананасы и манго, папайя и бананы, шагающие деревья с удивительной системой крепления  корней на земле, туземные лодки для ловли креветок. Праздность всего происходящего пьянила и расслабляла.

И я расслабилась и, наверное, именно в этом состоянии пришла в голову идея, брести по пустынному берегу  вдоль океана в сторону причудливых камней, торчащих из воды, о которые  бились волны, создавая много пены. Вместе со мной, чуть дальше, чуть стороной, брели продавцы ракушек, феничек, кокосов и прочего несложного товара. Я понимала, это часть их ежедневного ритуала, что так проходит их жизнь. Мы просыпаемся и едем на работу, слушая грохот города. Они просыпаются и направляются на берег океана, который  тоже грохочет…

Мой взгляд остановился на молодом юноше. Я опустилась в теплый песок, чтобы внимательно рассмотреть его. Он играл с мячом. Его осанка и черные длинные волосы гипнотически подействовали на меня. Он был так естественен здесь на берегу, так ослепительно прекрасен своей необычностью и грациозностью. Он был увлечен мячом, его увлечение рождало во мне желание. Продавцы воспользовались моим замешательством и стремительно ринулись предлагать свой товар. Я поспешила  от них дальше…

Я ощущала запах свободы.  Эта та свобода, которая предательски знакома, но так редко доступна. Я переживаю это состояние особенно отчетливо именно вблизи моря, воды. Эта безграничность пространства освобождает меня и создает ощущения полета…

Он ждал меня у самых камней, что-то вежливо предложил, я от чего-то вежливо отказалась. Дорогу перегородил огромный острый камень, и я встала, не зная,  как справится с препятствием. Мне протянули руку, я смутилась и потянулась к руке. Представьте себе два полюса, так и наши руки  – белая и черная кожа…

Его звали Джагав. Он привел меня на черепашью ферму. Мы повозились  с малявками – с черепашками, которые в этот день родились.  Потом  заказали суп из акулы и местные лепешки из муки неведомого мне сорта. Перед уходом он предложил приехать к ним вечером. Я удивилась   смелости  этого предложения   и твердо сказала – «нет»….

Вы только представьте огромные миндалевидные глаза этого юноши, невероятно чувственный рот и белоснежные зубы, длинные тяжелые волосы, абсолютно черный, абсолютно раскованный и еле уловимо пахнущей сандалом. Он слегка касался меня  под столом и при этом  беззаботно разговаривал с другой туристкой. Я не знала,  что с этим делать. Я растерялась…Мой отъезд от него был похож на бегство, я бежало от своего  желания и  любопытства. Он был другим полюсом меня самой…

День третий

Вечером в  моем номере раздался звонок, незнакомый голос попросил меня спуститься на ресепшен….

Я увидела Джагава. Он был в саронге (что-то типа юбки), в клетчатой рубашке, стоял, прислонившись к Тук-туку (это мотороллер с кибиткой на четырех человек, самый распространенный транспорт на Шри- Ланке) и с любопытством смотрел  на меня.

- How are you?

- Fine!

Начался дождь. Джагав позвал меня в кибитку. Мы оказались рядом, я заметила, как особенно тщательно расчесаны его волосы, как сильно от него пахнет сандалом. Он сказал что-то водителю, и мы поехали. Я замерла. Джагав что-то запел, взял меня за руку. Ужас охватил меня. Ночь, черный мужчина, незнакомая страна, я еду, куда?…зачем?…

Внезапно нас остановил полицейский патруль. Я почувствовала себя одновременно преступницей, соучастницей, падшей женщиной и еще бог знает кем. Полицейский посветил мне в лицо фонарем, смутился, извинился и торопливо отошел в сторону. Мы продолжили путь.

Еще через 10 минут кибитка остановилась у знакомого мне здания. На веранде горел свет, и играла музыка. Джагав объяснил, что сегодня у них шоу-барабанщиков, и  предложил послушать ребят. Меня усадили за стол, принесли виски. Вокруг были молодые парни с барабанами, за соседним столом сидели раскумаренные немцы. Зазвучал барабан, к нему присоединился второй, третий, четвертый, все вокруг наполнилось звуками. Джагав набирал скорость, потом сбрасывал ее, ему вторили другие…Им было весело, они разговаривали  друг с другом, с  миром через эту барабанную дробь. Голова моя кружилась, мысли путались, я смотрела на это племя туземцев, на довольных немцев… а вдали шумел океан…

На обратном пути Джагав сказал: «Завтра поедем в Храм», надень длинную юбку, прикрой плечи.

Я отказалась.  Мне предстоял отъезд  на север страны…

Я вернулась к себе в номер.

Мне  нравилась моя комната в отеле, особенно кровать, на которой каждый день горничная раскладывала цветы. Цветы, впрочем, здесь были повсюду, даже в ванной стояла вазочка, наполненная плавающими белыми  и нежно розовыми и бутонами. Окна номера  выходили на океан, а входная дверь на внутренний дворик. Там был расположен небольшой водоем,  в котором отражалось небо. Водоем был окружен туземными ивами,  создающими прохладу, все это выглядело очаровательно трогательно, во всем была  поэзия.  Каждое утро, просыпаясь,  я смотрела в зеркало, отмечая золотистый загар своей кожи. Каждый вечер я натирала себя сандаловым маслом, открывала дверь балкона, чтобы  слушать музыку океана и погружалась в сон с мыслями о прожитом дне…

Утро четвертого дня я особенно отчетливо помню. Мне предстояло уехать на север страны в сопровождении двух ланкийцев. Я немного нервничала. Мне предстоял длительный переезд, в сопровождении переводчика и водителя. Водитель, я не помню его имени,  был застенчив, молод и свеж. Он вел машину с той осторожность, с которой перевозят тончайшее стекло. Переводчик по имени Санджи, охотно отвечал на все мои вопросы и словно термометр реагировал на все, что происходило со мной на заднем сиденье. Эти двое темнокожих мужчины были моими ангелами хранителями. Они с интересом наблюдали за мной, я – за всем этим миром под названием Шри – Ланка. Примерно через три часа после отъезда была первая остановка. Я оказалась в доме за обеденным столом, хозяйка ловко разделывала фрукты, меня угостили ананасом. Сок  приятно разъел мой  язык. Я впервые увидела, как растут ананасы, и как живут эти красивые и гостеприимные люди. И вот уже в который раз я ощутила себя  как дома.

Что это было?  Не знаю. Но моя душа в те дни обрела еще одну  родину.

Такое же удивительное состояние я, чуть позже,  ощутила в буддистском храме. Будда смотрел мне прямо в сердце, и я плакала.

Есть в жизни особенные моменты,  осмысленные и величественные. Я ЖИЛА!

День пятый

Меня поселили в бунгало. Большая кровать на подиуме располагалась посередине  комнаты. Я была одна в целом доме, наполненном яркими красками и  тишиной. Тишина была снаружи и  внутри меня.  Мой внутренний голос был успокоен, я была вдали от всех тревог в окружении дивного мира. А за окнами бунгало расположилось семейство обезьян, они заняли место на поляне под  деревом. Каждая особь была вовлечена в свой процесс, кто-то искал блох у сородичей, кто-то вис на дереве, кто-то ел что-то съедобное. Я рискнула выйти на воздух и предложить им свое угощение в виде бананов.  Обезьяний народ остался  равнодушен и ко мне, и к моему предложению. Но зато когда я вернулась в комнату, от дольки ананаса, которую я оставила на столе,  в разные стороны  рванула несосчитанная мною живность. Конечно, насекомые нагнали на меня жути, и я  поспешила  выбраться на свежий воздух….

Я направилась к пруду,  в котором росли  лотосы, они причудливо торчали из воды и создавали сказочный пейзаж. Только представьте, огромные цветы белого и фиолетового цвета, размером больше чайного блюдца,  на сильном стебле. Я зашла в воду,  вокруг жужжали и стрекотали насекомые, хлюпала вода под ногами, светило предзакатное солнце. Метрах в ста пруд заканчивался, и по его берегу шли слоны, а в небе парила огромная птица…

Мои проводники рассказали мне о диких слонах, которые часто навещают эти места, и местных жителях, которые  по ночам во время  разбоя слонов прячутся на деревьях в специально построенных укрытиях. В одной их таких деревень, мы побывали в тот же день. У самого въезда  в деревню к дереву жители прикрутили череп слона и огромные бивни, все это для того, чтобы на корню отбить охоту «ходить по гостям». Деревенский народ, явно живущий бедно, спокойно и дружелюбно, наблюдал за моими попытками взобраться на слона посредством дерева, стоящего около слона. Слон был учтив и явно надеялся, что я лезу на него не с пустыми руками. Конечно, я угостила эту гору с хоботом, а он в сопровождении погонщика прокатил меня вдоль  того самого пруда с лотосами.

Вечером мы ужинали с Санджи, я  отведала местную кухню, которую обычно обходила на шведском столе в отеле из-за полного непонимания названий и особенностей блюд. Санджи нахваливал зеленый суп, спасающий местных от похмелья, предлагал «кашу» на основе Хлебного дерева, специальную рыбу в специальном соусе… Мы пили пиво со словами «Сарадево» (что-то типа на здоровье…). Все горело во рту от специй, я чувствовала себя действующим вулканом. Санджи вспоминал Москву, в период своей учебы в университете Патриса Лумумбы, его лицо было расслабленным и довольным, он любил нашу столицу и даже скучал по ней.

Шестой день

Меня разбудил Санжи, он позвонил около девяти утра и пригласил на завтрак. Этим утром мне предстояло  понежиться в  Аюрведическом центре. Мы подъехали к неказистому  серому зданию, окруженному огромными пальмами. Пожилая дама  проводила  меня в раздевалку, снабдив полотенцем и мылом.  Здесь никто не говорил по-английски, воздух был сырой и горячий. После раздевалки я оказалась в комнате с вентилятором на потолке, раздалась тихая спокойная музыка, смуглая женщина уложила меня на массажный стол. Ее руки прикоснулись к моей голове, и я почувствовала их силу. Она терла мое темечко, все происходило в полном молчании, и лишь запах  масла придавал ситуации определенность. Я почувствовала себя маленькой девочкой и отдалась этим уверенным движениям и той заботе, которую излучала ланкийка. После головы, был массаж  всего тела, проворными движениями  она наполняла все мое тело легким возбуждением. Мне казалось, что  для нее  я - хрупкая, бледная, недополучившая солнца и тепла  иностранка, и только она в силах компенсировать моему телу всю неполученную энергию и заботу за 20$ в ближайшие два часа. После массажа  последовала парильня, это была комната размером со шкаф, меня водрузили на деревянную скамью, всю усыпанную  листьями  и лепестками, все это благоухало, проникало в мои легкие и кожу. Еще через 15 минут я лежала в деревянной барокамере, на свободе было только голова, ее  поглаживали сильные и одновременно нежные  руки  другой смуглянки. В самый центр моего лба откуда-то сверху капало  масло, которое стекало по лицу, попадая на руки девушки,  она ловко распределяло его по моей голове.

После всех процедур меня напоили  настоем из трав,  специфичным на вкус и очень острым,  и  я  вышла на воздух. Санжи и водитель торжественно ждали меня у выхода. Они хотели меня удивить и порадовать, им это удалось…

А впереди была великая  и  непостижимая Сигирия, сказочная и прекрасная Канди, сад Орхидей, Бамбуковая роща. По пути следования мы увидели дорогу из красных лент, это оказалась прощальная дорожка для умершего ланкийца, чуть позже,  совершено случайно,  побывали на свадьбе, которая напомнила мне индийский фильм про Ражду из моего детства. Красивые женщины в сари, с цветочными гирляндами на шеях, в золотых украшениях, которые  переливались на солнце и  мужчины важные и сдержанные, в европейских костюмах и ярких галстуках, много машин, огромные пирамидальные  свадебные торты, музыка…

Я  вся  пропиталась страной, словно ароматным маслом. Через три дня поездки я знала о том, что дарят,  как женятся и  как расстаются, что нельзя и что можно… Мы заезжали в буддистские, индуистские, католические храмы, я старалась не пропустить ни одно лицо монаха, ни одну важную деталь жизни этого народа. Я вернулась в  отель влюбленная во все это. Шри- Ланка щедро делилась со мной, я было благодарна.

Мы расстались с моими спутниками у отеля, они трогательно держали меня за руки и мы сфотографировались на память. При этом каждый, незаметно для другого, пригласил на бокал шампанского, я с сожалением отказала и тому, и другому. Мы пообещали друг другу писать письма и еще раз отправиться вместе в путешествие.

Продолжение следует..