Путевые заметки о Шри-Ланке «Остров, способный пробудить…»

День первый

С самого первого мгновения было что-то особенно притягательное в окружающем воздухе, в этом сводящем с ума движении машин и людях идущих вдоль дороги. Каждого хотелось рассмотреть, заглянуть в глаза, спросить, куда он движется и на сколько его движения наполнены смыслом.

Я чувствовала, как приближаюсь к чему-то совсем новому, и с замиранием ждала приезда в отель…

Отель был чем-то средним между замком и большим колониальным домом, где множество людей словно ждали только тебя. Сначала меня поразила любезность встречающих туземцев, потом  сказочный узор батика на потолке, еще через некоторое мгновение  – запах теплых влажных  салфеток, предложеные на входе, цветы, плавающие в бассейне…Это был чудный мир – это была Шри – Ланка.

Но самая главная встреча еще не произошла. Океан – вот ради чего я сюда добиралась, это была основная цель моего путешествия.

И это случилось. Он был велик и необъятен. Я смотрела в темноту и ощущала нуминозную силу величия этого момента и трепетала. Я долго стояла,  наполняя  свои легкие воздухом,  и слушала великую песню многих тонн воды и ветра.

Заснуть было сложно, и я взволнованная ждала рассвет. Индийский океан

День второй

Все неизвестное обычно меня пугает, но только не в этой стране. Дружелюбие туземцев сначала смущало, а потом я просто приняла эту  способность людей быть в благостном состоянии и делиться этим с незнакомыми людьми. Шри-Ланка  – это  страна,  в которой очень щедрое солнца, диковинные растения и  множество всяческой живности.

В то первое утро на территорию сада я познакомилась с местной рептилией, с вараном. Я двигалась к океану по аккуратно выложенной дорожке в саду, крупный варан, около 1.5 метров перешел мне дорогу, словно проверяя степень моего доверия к миру. Конечно, я испугалась и на секунду подумала, что это крокодил. Но этот крокодил был безобидным, и  уже  через мгновение, я потеряла его из виду и взбудораженная  продолжила  свою прогулку по территории отеля.

Возбуждение – это то состояние, которое я  непрерывно переживала в те дни. Возбуждало все: океан, который постоянно кидал вызов и приглашал в свою пучину, разноцветные юбки на мужчинах и их смуглая кожа, ананасы и манго, папайя и бананы, шагающие деревья с удивительной системой крепления  корней на земле, туземные лодки для ловли креветок. Праздность всего происходящего пьянила и расслабляла. IMG_6536

И я расслабилась и, наверное, именно в этом состоянии пришла в голову идея, брести по пустынному берегу  вдоль океана в сторону причудливых камней, торчащих из воды, о которые  бились волны, создавая много пены. Вместе со мной, чуть дальше, чуть стороной, брели продавцы ракушек, феничек, кокосов и прочего несложного товара. Я понимала, это часть их ежедневного ритуала, что так проходит их жизнь. Мы просыпаемся и едем на работу, слушая грохот города. Они просыпаются и направляются на берег океана, который  тоже грохочет…

Мой взгляд остановился на молодом юноше. Я опустилась в теплый песок, чтобы внимательно рассмотреть его. Он играл с мячом. Его осанка и черные длинные волосы гипнотически подействовали на меня. Он был так естественен здесь на берегу, так ослепительно прекрасен своей необычностью и грациозностью. Он был увлечен мячом, его увлечение рождало во мне желание. Продавцы воспользовались моим замешательством и стремительно ринулись предлагать свой товар. Я поспешила  от них дальше…

Я ощущала запах свободы.  Эта та свобода, которая предательски знакома, но так редко доступна. Я переживаю это состояние особенно отчетливо именно вблизи моря, воды. Эта безграничность пространства освобождает меня и создает ощущения полета…

Он ждал меня у самых камней, что-то вежливо предложил, я от чего-то вежливо отказалась. Дорогу перегородил огромный острый камень, и я встала, не зная,  как справится с препятствием. Мне протянули руку, я смутилась и потянулась к руке. Представьте себе два полюса, так и наши руки  – белая и черная кожа…

Его звали Джагав. Он привел меня на черепашью ферму. Мы повозились  с малявками – с черепашками, которые в этот день родились.  Потом  заказали суп из акулы и местные лепешки из муки неведомого мне сорта. Перед уходом он предложил приехать к ним вечером. Я удивилась   смелости  этого предложения   и твердо сказала – «нет».

Вы только представьте огромные миндалевидные глаза этого юноши, невероятно чувственный рот и белоснежные зубы, длинные тяжелые волосы, смуглая кожа,  раскованный и еле уловимо пахнущей сандалом. Он слегка касался меня  под столом и при этом  беззаботно разговаривал с другой туристкой. Я не знала,  что с этим делать. Я растерялась…Мой отъезд от него был похож на бегство.  Он был другим полюсом меня самой… Dagi

День третий

Вечером в  моем номере раздался звонок, незнакомый голос попросил меня спуститься на ресепшен….

Я увидела Джагава. Он был в саронге (что-то типа юбки), в клетчатой рубашке, стоял, прислонившись к Тук-туку (это мотороллер с кибиткой на четырех человек, самый распространенный транспорт на Шри- Ланке) и с любопытством смотрел  на меня.

- How are you?

- Fine!

Начался дождь. Джагав позвал меня в кибитку. Мы оказались рядом, я заметила, как особенно тщательно расчесаны его волосы, как сильно от него пахнет сандалом. Он сказал что-то водителю, и мы поехали. Я замерла. Джагав что-то запел, взял меня за руку. Ужас охватил меня. Ночь, черный мужчина, незнакомая страна, я еду, куда?…зачем?…

Внезапно нас остановил полицейский патруль. Я почувствовала себя одновременно преступницей, соучастницей, падшей женщиной и еще бог знает кем. Полицейский посветил мне в лицо фонарем, смутился, извинился и торопливо отошел в сторону. Мы продолжили путь.

Еще через 10 минут кибитка остановилась у знакомого мне здания. На веранде горел свет, и играла музыка. Джагав объяснил, что сегодня у них шоу-барабанщиков, и  предложил послушать ребят. Меня усадили за стол, принесли виски. Вокруг были молодые парни с барабанами, за соседним столом сидели раскумаренные немцы. Зазвучал барабан, к нему присоединился второй, третий, четвертый, все вокруг наполнилось звуками. Джагав набирал скорость, потом сбрасывал ее, ему вторили другие…Им было весело, они разговаривали  друг с другом и с  миром через эту барабанную дробь. Голова моя кружилась, мысли путались, я смотрела на это племя туземцев, на довольных немцев… а вдали шумел океан…

На обратном пути Джагав сказал: «Завтра поедем в Храм», надень длинную юбку, прикрой плечи.

Я отказалась.  Мне предстоял отъезд  на север страны…

Я вернулась к себе в номер.

Мне  нравилась моя комната в отеле, особенно кровать, на которой каждый день горничная раскладывала цветы. Цветы, впрочем, здесь были повсюду, даже в ванной стояла вазочка, наполненная плавающими белыми  и нежно розовыми и бутонами. Окна номера  выходили на океан, а входная дверь – на внутренний дворик. Там был расположен небольшой водоем,  в котором отражалось небо. Водоем был окружен туземными ивами,  создающими прохладу, все это выглядело очаровательно трогательно, во всем была  поэзия.  Каждое утро, просыпаясь,  я смотрела в зеркало, отмечая золотистый загар своей кожи. Каждый вечер я натирала себя сандаловым маслом, открывала дверь балкона, чтобы  слушать музыку океана и погружалась в сон с мыслями о прожитом дне…

Утро четвертого дня я особенно отчетливо помню. Еще на родине я выкупила тур  на север страны в сопровождении двух ланкийцев. Я немного нервничала. Мне предстоял длительный переезд, в сопровождении переводчика и водителя. Водитель, я не помню его имени,  был застенчив, молод и свеж. Он вел машину с той осторожность, с которой перевозят тончайшее стекло. Переводчик по имени Санджи, охотно отвечал на все мои вопросы и словно термометр реагировал на все, что происходило со мной на заднем сиденье. Эти двое темнокожих мужчины были моими ангелами хранителями. Они с интересом наблюдали за мной, я – за всем этим миром под названием Шри – Ланка. Примерно через три часа после отъезда была первая остановка. Я оказалась в доме за обеденным столом, хозяйка ловко разделывала фрукты, меня угостили ананасом. Сок  приятно разъел мой  язык. Я впервые увидела, как растут ананасы, и как живут эти красивые и гостеприимные люди. И вот уже в который раз я ощутила себя  как дома.

Что это было?  Не знаю. Но моя душа в те дни обрела еще одну  родину.

Такое же удивительное состояние я, чуть позже,  ощутила в буддистском храме. Будда смотрел мне прямо в сердце, и я плакала.

Есть в жизни особенные моменты,  осмысленные и величественные. Я ЖИЛА!

Ланкийка в храмеДень пятый

Меня поселили в бунгало. Большая кровать на подиуме располагалась посередине  комнаты. Я была одна в целом доме, наполненном яркими красками и  тишиной. Тишина была снаружи и  внутри меня.  Мой внутренний голос был успокоен, я была вдали от всех тревог в окружении дивного мира. А за окнами бунгало расположилось семейство обезьян, они заняли место на поляне под  деревом. Каждая особь была вовлечена в свой процесс, кто-то искал блох у сородичей, кто-то вис на дереве, кто-то ел что-то съедобное. Я рискнула выйти на воздух и предложить им свое угощение в виде бананов.  Обезьяний народ остался  равнодушен и ко мне, и к моему предложению. Но зато когда я вернулась в комнату, от дольки ананаса, которую я оставила на столе,  в разные стороны  рванула несосчитанная мною живность. Конечно, насекомые нагнали на меня жути, и я  поспешила  выбраться на свежий воздух….

Я направилась к пруду,  в котором росли  лотосы, они причудливо торчали из воды и создавали сказочный пейзаж. Только представьте, огромные цветы белого и фиолетового цвета, размером больше чайного блюдца,  на сильном стебле. Я зашла в воду,  вокруг жужжали и стрекотали насекомые, хлюпала вода под ногами, светило предзакатное солнце. Метрах в ста пруд заканчивался, и по его берегу шли слоны, а в небе парила огромная птица…

Мои проводники рассказали мне о диких слонах, которые часто навещают эти места, и местных жителях, которые  по ночам во время  разбоя слонов прячутся на деревьях в специально построенных укрытиях. В одной их таких деревень, мы побывали в тот же день. У самого въезда  в деревню к дереву жители прикрутили череп слона и огромные бивни, все это для того, чтобы на корню отбить охоту «ходить по гостям». Деревенский народ, явно живущий бедно, спокойно и дружелюбно, наблюдал за моими попытками взобраться на слона посредством дерева, стоящего около слона. Слон был учтив и явно надеялся, что я лезу на него не с пустыми руками. Конечно, я угостила эту гору с хоботом, а он в сопровождении погонщика прокатил меня вдоль  того самого пруда с лотосами.

Вечером мы ужинали с Санджи, я  отведала местную кухню, которую обычно обходила на шведском столе в отеле из-за полного непонимания названий и особенностей блюд. Санджи нахваливал зеленый суп, спасающий местных от похмелья, предлагал «кашу» на основе Хлебного дерева, специальную рыбу в специальном соусе… Мы пили пиво со словами «Сарадево» (что-то типа на здоровье…). Все горело во рту от специй, я чувствовала себя действующим вулканом. Санджи вспоминал Москву, в период своей учебы в университете Патриса Лумумбы, его лицо было расслабленным и довольным, он любил нашу столицу и даже скучал по ней.

пруд с лотосамиШестой день

Меня разбудил Санжи, он позвонил около девяти утра и пригласил на завтрак. Этим утром мне предстояло  понежиться в  Аюрведическом центре. Мы подъехали к неказистому  серому зданию, окруженному огромными пальмами. Пожилая дама  проводила  меня в раздевалку, снабдив полотенцем и мылом.  Здесь никто не говорил по-английски, воздух был сырой и горячий. После раздевалки я оказалась в комнате с вентилятором на потолке, раздалась тихая спокойная музыка, смуглая женщина уложила меня на массажный стол. Ее руки прикоснулись к моей голове, и я почувствовала их силу. Она терла мое темечко, все происходило в полном молчании, и лишь запах  масла придавал ситуации определенность. Я почувствовала себя маленькой девочкой и отдалась этим уверенным движениям и той заботе, которую излучала ланкийка. После головы, был массаж  всего тела, проворными движениями  она наполняла все мое тело легким возбуждением. Мне казалось, что  для нее  я - хрупкая, бледная, недополучившая солнца и тепла  иностранка, и только она в силах компенсировать моему телу всю неполученную энергию и заботу за 20$ в ближайшие два часа. После массажа  последовала парильня, это была комната размером со шкаф, меня водрузили на деревянную скамью, всю усыпанную  листьями  и лепестками, все это благоухало, проникало в мои легкие и кожу. Еще через 15 минут я лежала в деревянной барокамере, на свободе было только голова, ее  поглаживали сильные и одновременно нежные  руки  другой смуглянки. В самый центр моего лба откуда-то сверху капало  масло, которое стекало по лицу, попадая на руки девушки,  она ловко распределяло его по моей голове.

После всех процедур меня напоили  настоем из трав,  специфичным на вкус и очень острым,  и  я  вышла на воздух. Санжи и водитель торжественно ждали меня у выхода. Они хотели меня удивить и порадовать, им это удалось…

А впереди была великая  и  непостижимая Сигирия, сказочная и прекрасная Канди, сад Орхидей, Бамбуковая роща. По пути следования мы увидели дорогу из красных лент, это оказалась прощальная дорожка для умершего ланкийца, чуть позже,  совершено случайно,  побывали на свадьбе, которая напомнила мне индийский фильм про Ражду из моего детства. Красивые женщины в сари, с цветочными гирляндами на шеях, в золотых украшениях, которые  переливались на солнце и  мужчины важные и сдержанные, в европейских костюмах и ярких галстуках, много машин, огромные пирамидальные  свадебные торты, музыка…

IMG_6513Я  вся  пропиталась страной, словно ароматным маслом. Через три дня поездки я знала о том, что дарят,  как женятся и  как расстаются, что нельзя и что можно… Мы заезжали в буддистские, индуистские, католические храмы, я старалась не пропустить ни одно лицо монаха, ни одну важную деталь жизни этого народа. Я вернулась в  отель влюбленная во все это. Шри- Ланка щедро делилась со мной, я было благодарна.

Мы расстались с моими спутниками у отеля, они трогательно держали меня за руки и мы сфотографировались на память. При этом каждый, незаметно для другого, пригласил на бокал шампанского, я с сожалением отказала и тому, и другому. Мы пообещали друг другу писать письма и еще раз отправиться вместе в путешествие.

День седьмой

С самого утра моросил дождь. Я загрустила без солнца. Что-то внутри  подтолкнуло погулять по территории отеля. Я выбралась к маленькому озерцу с лотосами и задумалась над своей жизнью. Мне захотелось изменить свой привычный ритм и образ жизни, захотелось вспомнить свои детские мечты…

Меня отвлек голос охранника, он что-то выкрикивал и призывно махал руками. Я подошла к калитке, разделявший отель и берег океана и увидела Джагафа.

Он стоял под зонтом и радостно приветствовал меня. Предложил прогуляться, к этому времени дождь закончился. Он нагнулся к моим ногам и снял с меня шлепанцы.  Мы побрели босиком по мокрому песку. Он стал расспрашивать меня о России, о том, чем  я занимаюсь. У нас был самый банальный разговор двух малознакомых иностранцев. Мне не хватало запаса слов, я нарисовала на песке карту нашей страны и пальцем ткнула  в то место, где якобы был мой город. Потом изобразила как у нас холодно, он засмеялся. Ветер обтянул его одежду вокруг тела, и я увидела красивый силуэт,  он был очень похож на Маугли. Джагав не знал такого персонажа. Но новое имя ему понравилось, он рассмеялся, повторяя «Мя-юг-ли», «Мя-юг-ли». Я тоже развеселилась, и нечаянно наступила на юбку Джагава, которая поползла вниз… Джагав подхватил ее и прижал руками свой наряд. «Ужас, я чуть не раздела парня, прям здесь на берегу, вот оно бессознательное» -  только успела подумать я, как Джагав мягко обнял меня за плечи и привлек к себе. Я испугалась этой близости. Закрыла лицо руками, словно преграждая самой себе дорогу к его губам. Он отпустил. Мы замолчали.

-  Я скучал и ждал тебя

-   Тоже -  ответила я.

- Приезжай ко мне сегодня. Я отправлю за тобой «тук-тук» в 10 вечера…

Я согласилась…………………………………………………………………

«Боже, что я наделала, зачем» – я твердила себе ровно шесть часов, разделявших нашу встречу…Покой покинул меня………………

Потом я взяла себя в руки, сконцентрировалась и приняла решение.

Я сказала себе твердое НЕТ!

Нет своему желанию, своей авантюрной натуре. Внутренний родительский голос был доволен этим решением…

Еще через десять минут я оделась и вышла из номера.

Впереди было неизвестность… Я выбрала ее…

Ночь с седьмого на восьмой день

Ни на  веранде, ни  в кафе никого не было. Мы сидели вдвоем, Джагав  налил  виски и разбавил его пепси-колой. Я предложила прогуляться по берегу океана. Джагав взял свечи и одеяло. Мы расположились на самом берегу. На небе в ту ночь светила  яркая луна, ее свет позволял смотреть в даль безбрежного простора. Вода и ветер исполняли свою песню. Джагав разрыл в песке ямки  и поставил туда свечи. Ветер не гасил их пламя, и я наблюдала за этим приятным мерцанием.

Океан, Ветер, Луна,  маленькие костровки и мы  посреди этой Вечности, сидели, укрытые одеялом.

Я спросила его о семье. Его отец недавно умер, но Джагав верил, что люди живут много жизней и что его отец уже в другом воплощении молится за свою будущую жизнь. Как выяснилось, он живет с мамой. У него есть брат и сестра, которые  переехали ближе к столице. Он учился только в школе, но знает четыре языка и мечтает увидеть другие страны.  Джагав был  искренним и спокойным. Было в нем что-то ранее незнакомое мне и завораживающее. У него нет денег, он не образован, живет в маленькой и бедной стране. Откуда в нем такое спокойствие и уверенность, столько достоинства и любви к миру?

Может это Вера?!

Мы прикоснулись друг к другу губами. Я растворилась в его энергии, в запахе и тепле его губ и волос. Он позвал меня к себе.

Мое сердце не вмещало все  это,  слишком сильные переживания  охватили меня…

Я вернулась  к себе в  номер…

Восьмой день

Джагав проснулся рано. Необходимо было успеть до вечера  сделать массу дел по отелю. Ему очень хотелось свозить свою новую знакомую в Темпл (Храм) на вечернюю службу. Встреча с этой  белой девушкой  казалась ему неслучайной. Джагав давно заинтересованно поглядывал именно на русских туристов, было,  в них что-то отличное от чопорных англичан, резковатых немцев и замкнутых французов.

Выбор поездки в храм был не случаен, Джагав был уверен, что люди рядом с Буддой  обнажают свою душу, он хотел увидеть какими глазами она будет,  смотрит на бога, что с ней произойдет рядом с нищим, просящим милостыню,  что будут шептать ее губы  под деревом Бо. Он хотел показать ей то, что для него было святыней и смыслом.

Тот же день

Я оделась, как и подобает традициям этой страны: закрывающая колени юбка, блуза с длинным рукавом и готовность к босоногому перемещению по территории храма. Мы приехали в темпл около шести вечера, закупив по дороге все необходимое для ритуала: лотосы, фрукты, благовония, лампадное масло. Я с большим внутренним волнением вошла в храм.

Группа монахов последовала на вечернее освещение пищи, молодые люди шли друг за другом в оранжевых одеяниях, у них был сосредоточенный вид, мне не удалось встретиться ни с одним из них взглядом, монахи  не распыляли свои взоры на посетителей.  Сначала, как объяснил мне Джагав, было необходимо   подойди к Будде с любовью в сердце. Затем добавить  масло в огонь, который находится в цилиндрическом  стеклянном сосуде  и всегда горит. Зажечь свою свечу на  аллеи  лампадок. А далее, мы зашли в храм, и я встала перед алтарем Будды. Рядом молились мужчины и женщины, среди них был мой Джагав, он сложил ладони, его лицо было одухотворенным. Может, от всего увиденного и пережитого за все те дни, мое сердце было особенно открытым, я  заплакала, не понимая причину своих слез. Джагав взял меня за руку и привел в другой зал. Там мы поставили тарелку с фруктами. Меня подвели к мужчине во всем белом. Он начал читать молитву. Его голос звучал певуче, я не понимала значения всего происходящего, но мне становилось спокойно, слезы высохли, я с облегчением вздохнула, благодарная всему миру. Служитель дочитал молитву и завязал на моей правой руке белую нить благословения.

Я постояла еще некоторое время под деревом Бо, прислушиваясь к шуму листьев, пытаясь представить и почувствовать, сколько людей прошептали ему свои сокровенные желания и просьбы, и как, наверное, похожи наши обращения к Богу… Положила оставшиеся лотосы у входа в индуистский  храм для женщин и  вернулась к Джагаву. Он стал мне ближе и роднее.

Девятый день

У меня было редкое для социального человека состояние, эротизм сочетался с духовностью, естество проникало в мою душу.   С одной стороны, все было как из сюр-реалистичного фильма, темнокожий молодой мужчина смотрел на меня с обожанием, тянулся ко мне всем сердцем и методично добивался встречи со мной. С другой стороны,   я,  задолго написавшая  строчки «Указатель укажет мне на счастье, и я пойду по стрелке в далекую страну» выбрала этот тур, поехала  одна,  с минимальным знанием английского языка. Один этот поступок  был для меня серьезным шагом в неизвестную часть своего бытия.

В тот день  Джагав  подарил  мне еще одну удивительную экскурсию в глубь традиций Шри-Ланки. Он отвез меня в дом, где одевают в подвенечное платье невест и готовят к самому важному моменту в их жизни. Меня встретили пожилая ланкийка, ее дочь и внучка. Все трое были невысокого роста, тяжелые косы украшали их головы. Женщины не знали английского,  и вот уже в который раз я вспомнила свою знакомую немку, которая упорно говорила со мной на немецком и злилась, что я  буксую, не зная, что ей ответить. А она с немецкого переходила на английский  и бурно повторяла: «какая разница,  какой язык, зачем  тебе понимать, просто чувствуй другого человека»… IMG_6774

В доме не было ничего лишнего, только большое зеркало, туалетный столик, уставленный самыми разными женскими хитростями для украшения лица, две швейные машинки и два десятка сари, самых разных цветов, прошитые золотистыми  и серебреными нитями. Я разделась посреди всей этой красоты, во взглядах этих женщин, которые олицетворяли сразу три поколения,  была мягкость и открытость.  Маленькая леди стала подносить мне сари, чтобы я выбрала цвет. Невесты здесь одеваются в  красный,  я остановилась на бежево-золотистом наряде. Одеть сари совсем непросто, но движения моих покровительниц были ловкими и изящными. В ткань, которую в несколько слоев,  обвернули мои бедра  воткнули порядка десяти крошечных булавок, еще столько же для драпировки ткани на груди. Я замерла, увидев себя другую, спина выпрямилась,  я ощутила в себе величие царицы и покорность наложницы… Меня посадили перед зеркалом. Пожилая ланкийка  расчесала и уложила  мои волосы, вплела в них цветы, потом добавили немного румян, помады, на запястья нанесли несколько капель благоухающего масла.  Все три женщины  постоянно о чем-то  говорили друг  с другом,  их разговор  благодаря  мелодичности языка напоминал песню, в моем сердце было столько любви и благодарности. Женщины произнесли – Адери (чуть позже я узнала перевод слова  – любовь). В ту минуту мне  захотелось, чтобы за дверями этого дома меня ждал  принц и под шум океана и барабанов, на огромном слоне он увез нас  в сказочный мир романтических грез и мечтаний.

За порогом дома меня ждал Джагав, в его планы входил ужин в ресторане, я совсем не сопротивлялась.

Незадолго до  отъезда

Наступал момент расставания. Я до последнего тянула и ничего не говорила  Джагаву. Но тянуть было некуда,  и после  завтрака я достала фотоаппарат и сообщила, что хочу сфотографировать его на память, потому что вечером уезжаю.  Мой друг явно не ожидал, что это  произойдет так скоро, отстранился от меня, закрылся.

Потом  вызвался проводить до моего отеля. Мы молча шли по берегу. Он отвел меня в маленькую бухту. Мы сели на камни, волны облили нас с головы до ног, повсюду суетились крабы, карабкаясь на камни, после того как их смывала волна.

Мне показалось в тот момент, что все изменилось в моей жизни. Время поделилось на до… и после…Я полюбила Шри-Ланку, Джагав полюбил меня….

Я пообещала  ему  вернуться………… DSC05534

Вернулась через полтора года. За это время великий океан  превратился в цунами и принес горе и голод моей Шри-Ланке, Джагав много работал на юге страны и восстанавливал разрушенные стихией города и селения. Все это время он звонил мне, я почти перестала понимать его ланкийское произношение английского, но Маугли и Шри-Ланка остались в моем сердце и частичка той энергии и тех состояний  поселились во мне  навсегда….

 

ваш адрес не будет опбликован